Головна » Головне » Российское рабство: историческая природа явления

Российское рабство: историческая природа явления

«А буде же кто и за сим и в таком же ожесточении и суровости останется, и данной нам от создателя высокой власти не покоритесь, то уже неминуемо навлечёте на себя праведный наш и неизбежный гнев», – такую или подобную ей фразу можно было зачастую увидеть в царских указах во времена российской империи. В иных случаях формулировки были и куда более радикальные: «Кто не повинуется и противится: бояр, генерал, майор, капитан и иные – голову рубить, имение взять». Всё это свидетельствует о том, что царизм чётко выстраивал систему верноподданства посредством устрашения проживающих на подконтрольных ему территориях людей. Даже мало-мальски значимая карьера была возможной лишь взамен на полнейшую преданность государю. Возникает логичный вопрос: неужели нельзя было бы действовать более цивилизованными методами?

Каждый царский указ сам его создатель называл «милостивым»: мол, снизошёл помазанник Божий до такой степени, что даже народу своему уделил внимание. Народ этот, надо сказать, весь сплошь состоял из тех, кто до определённого момента жил обособленно от московитов и ни о каком царе слыхом не слыхал. А тут появился какой-то «благодетель», для которого смысл жизни состоит в «спасении» всех страждущих путём принятия их под свою «высокую руку». Соответственно, через примитивные психологические манипуляции подогревалось ощущение «заботливого батюшки-царя», то и дело методично внушаемое людям. Пелена неведения дополнялась мнимой богобоязненностью и якобы отождествлением покорности Богу и царю.

«А буде же и за сим последним нашим всемилостивейшим указом в такой же жестокой суровости и непокорности найдётесь, то уже всемерно избегнуть не можити поносной и публичной, как и Копеечкин, смерти», – подобные строки также можно было найти в царских указах. Примечательно, что они имели место не только на заре существования государства, но и на этапе расцвета его имперской сущности в конце XVIII в. Хотя в то время публичные казни ещё и продолжали оставаться атрибутом повседневной жизни западноевропейских государств, но открытые угрозы их применения за непослушание в указах монархов не фигурировали. Для российских царей это был единственный возможный способ удержать в узде разрозненный по национальному признаку народ, лишь небольшая часть которого искренне приветствовала власть московитов.

Чиновники именовались в указах «верными и добрыми рабами», при этом обязанными «надлежащим образом признавать и почитать» своего царственного покровителя. «Верноподданные рабы и сыны отечества» были «наблюдателями спокойствия и тишины» во вверенных им подконтрольных регионах. Стало быть, суть местного управления сводилась не к тому, чтобы упорядочить жизнь людей в соответствии с их потребностями, как это было заведено ещё со времён Древней Руси, а исключительно к установлению тотального контроля над теми или иными территориями для недопущения в них любых проявлений несогласия с оккупационным режимом. Такого рода система существовала во времена монголо-татар с тем лишь отличием, что тогда вновь захваченные земли предоставлялись в ведение исключительно родственников хана, а в московии на эту роль мог претендовать любой боярин, засвидетельствовавший свою безоговорочную верность царю.

«По исправлении же сей наложенной на тебя должности монаршею нашею милостию награждён будешь», – так цари обычно подчёркивали тот факт, что государственная служба представляла собой личное служение императору и беспрекословное послушание его воле. Именно этот момент принципиально отличал характер власти российского монарха от того, как это выглядело в западноевропейских странах в связи с активным внедрением в практику государственного строительства концепции суверенитета. Она в корне меняла устоявшиеся во всех древних и средневековых обществах представления о правителе как о ретрансляторе божественной воли и о его статусе как верховного помазанника Божьего. В российской же империи, напротив, прикладывались все усилия для того, дабы оставить прежние устои без изменений. Этот, на первый взгляд, парадокс объясняется тем, что для каждого народа, некогда захваченного московскими властями, традиции управления были своими и никак не связанными с теми, которые пытались всем навязать на централизованном уровне. Именно поэтому одним из самых важных аспектов «исправления наложенной должности» для всех местных чиновников было всецелое содействие центральному имперскому аппарату в осуществлении политики целенаправленной национальной ассимиляции.

Не удивительно поэтому, что в некоторых указах можно встретить и заверения в том, что «приклонившиеся под нашу [российскую] корону народы могут восчувствовать лёгкость от наложенного на них от злодеев тяжчайшаго ига работы». Сама формулировка этой фразы указывает на изначальное отношение к «освобождаемым» народам как к рабам по своей сути, для которых «плохой» хозяин сменялся на «хорошего». Отсюда и все мифы об «отсталости» тех или иных этносов, которые без «сильной руки государя» могли оказаться под угрозой истребления. Примечательно, что после захвата тех или иных территорий российские «экспедиции» проводили подробнейшее изучение культуры и быта проживавших на них народностей, даже создавали целые коллекции экспонатов для музеев. Однако это было продиктовано отнюдь не благими намерениями сохранения исторической памяти, как декларировалось во всеуслышание. Так власть создавала себе подспорье для ассимиляции, выискивая различные «болевые точки» у всех завоёванных в разные времена народов.

Как ни странно, наивысшей степенью порабощения было вхождение в число российского дворянства. Если крестьяне, будучи зависимыми от помещиков экономически, сохраняли какую-ни-какую личную свободу, то в случае с дворянами каждый их шаг контролировался императорским двором. Любое действие вразрез с волей августейшей особы могло стоить дворянину не только его имущества или чести, но и жизни. Такая «золотая клетка» очень быстро могла превратиться в гроб из того же драгоценного металла. Естественно, принявшему решение стать российским дворянином следовало и напрочь забыть о своей национальной идентичности как бурята, башкира, чеченца, эрзянина, мокшанина или представителя любого другого народа. Так работала система централизованного рабства…

Граждане российской федерации, поймите: то, что вам предлагали и предлагают через зомбоящик, имеет мало общего с реальными понятиями о человеческих благах.


Пішов в дупу
Хто ви: *
Ваш e-mail: *
Код: оновити, якщо не видно коду
Введіть код:

Спорт